January 20th, 2012

Просящий рассвета

********

Тесть умер... вот так вот раз, и нет отца пятерых детей... а ведь еще не старый...
Моя Светка конечно слегла, а что тут сделаешь... в нашей стране на Север съездить, равносильно без штанов остаться... и даже если бы я был настолько платежеспособным, то как добраться? самолет в Жиганск раз в неделю, причем билетов не достать... в общем грустно это все... там жили - не выбраться, и здесь живем - не добраться.......
Просящий рассвета

*******

есть у меня один недостаток (из кучи многих)...
При всей моей говорливости и пиздопротивности, я совершенно не могу выражать соболезнования и утешать людей у которых кто-то умер... По этому приходя в дом где случилось горе, я молчу, или говорю на отвлеченные темы... Мне легче делом помочь, чем утешать убитых горем людей... А чем тут поможещь?
Вот сейчас жена страдает, а я и утешить толком её не могу... готовлю кушать...
простите....
Просящий рассвета

Белла Ахмадулина

* * *

Зима на юге. Далеко зашло
ее вниманье к моему побегу.
Мне - поделом. Но югу-то за что?
Он слишком юн, чтоб предаваться снегу.

Боюсь смотреть, как мучатся в саду
растений полумертвые подранки.
Гнев севера меня имел в виду,
я изменила долгу северянки.

Что оставалось выдумать уму?
Сил не было иметь температуру,
которая бездомью моему
не даст погибнуть спьяну или сдуру.

Неосторожный беженец зимы,
под натиском ее несправедливым,
я отступала в теплый тыл земли,
пока земля не кончилась обрывом.

Прыжок мой, понукаемый бедой,
повис над морем - если море это:
волна, недавно бывшая водой,
имеет вид железного предмета.

Над розами творится суд в тиши,
мороз кончины им сулят прогнозы.
Не твой ли ямб, любовь моей души,
шалит, в морозы окуная розы?

Простите мне, теплицы красоты!
Я удалюсь и всё это улажу.
Зачем влекла я в чуждые сады
судьбы моей громоздкую поклажу?

Мой ад - при мне, я за собой тяну
суму своей печали неказистой,
так альпинист, взмывая в тишину,
с припасом суеты берет транзистор.

И впрямь - так обнаглеть и занестись,
чтоб дисциплину климата нарушить!
Вернулась я, и обжигает кисть
обледеневшей варежки наручник.

Зима, меня на место водворив,
лишила юг опалы снегопада.
Сладчайшего цветения прилив
был возвращен воскресшим розам сада.

Январь со мной любезен, как весна.
Краса мурашек серебрит мне спину.
И, в сущности, я польщена весьма
влюбленностью зимы в мою ангину.

1968