********
Старик мой стихи пишет... давно пишет... и очень не плохо... печатался в местных изданиях... вот принес мне вчера стихотворение, говорит мол выложи, пусть люди почитают... я, как вы знаете, про политику не пишу в своем блоге, но старому отказать не могу... почитайте, если можно откоментитесь... если понравится могу еще выложить разных... в общем вот...

Пусть дело не умрет
орлов гнезда Петрова,
Пусть сгинет вороньё
борисова гнезда!
20-ый год.
Мне жаль людей, проблемами зажатых.
Я жуликов во власти не терплю
И Родину любимую когда-то,
Такой, как есть, простите, не люблю.
Тех, кто страну поставил на колени,
Кто грабит беззастенчиво и лжёт,
Кто обещает рай для поколений –
Я приглашаю в их Двадцатый год!
В стране под гнётом новых монополий
Униженный, ограбленный народ.
Пустеют недра – не хватает боле
Европе ей обещанных щедрот.
Двадцатый год – страна в других границах.
Чужой язык поймем ли я и ты?
Нет армии, которой враг боится,
Нет веры, нет надежды, нет мечты.
Последыши запойного Бориса,
Те, кто сейчас толпятся у руля,
Уже давно сбежали, словно крысы
С ушедшего под воду корабля.
Мы всё ж прозреем – поздно или рано.
Увидим то, что видит мир давно:
Жестокой смертью умирают страны,
Где смотрят на людей, как на говно.

Пусть дело не умрет
орлов гнезда Петрова,
Пусть сгинет вороньё
борисова гнезда!
Мне жаль людей, проблемами зажатых.
Я жуликов во власти не терплю
И Родину любимую когда-то,
Такой, как есть, простите, не люблю.
Тех, кто страну поставил на колени,
Кто грабит беззастенчиво и лжёт,
Кто обещает рай для поколений –
Я приглашаю в их Двадцатый год!
В стране под гнётом новых монополий
Униженный, ограбленный народ.
Пустеют недра – не хватает боле
Европе ей обещанных щедрот.
Двадцатый год – страна в других границах.
Чужой язык поймем ли я и ты?
Нет армии, которой враг боится,
Нет веры, нет надежды, нет мечты.
Последыши запойного Бориса,
Те, кто сейчас толпятся у руля,
Уже давно сбежали, словно крысы
С ушедшего под воду корабля.
Мы всё ж прозреем – поздно или рано.
Увидим то, что видит мир давно:
Жестокой смертью умирают страны,
Где смотрят на людей, как на говно.